Вся земля вокруг дома как будто подернулась слюдой. Ледяной дождь шел, не переставая, но теперь к нему стало примешиваться то, что в новейшей терминологии метеорологов именовалось «снежной крупой». Крошечные острые крупинки казались куда более грозными, чем их родственницы — ажурные, мягкие снежинки. Деревья были скованы ледяным панцирем, от порывов ветра дребезжали оконные рамы.

Это было неосторожно с ее стороны — вот так заснуть. Теперь за ошибку придется расплачиваться тяжелым и опасным спуском по горной дороге. Даже если она доберется до Клири, погода может помешать ей вовремя вернуться в Атланту. Теперь, когда с делами в Клири было покончено, ей не терпелось как можно скорее вернуться домой к своей работе, к своей жизни. На рабочем столе у нее наверняка скопилось море разливанное писем, требующих ответа, неправленых статей, неоконченных проектов, словом, всякой писанины. Впрочем, Лилли не боялась возвращения, ей хотелось поскорее приняться за работу, разгрести эти бумажные завалы.

Но дело было не только в работе, ожидавшей ее дома. Лилли ощущала необходимость распрощаться навсегда с родным городом Датча. О, она обожала сонный маленький городок и окружавшую его живописную горную местность. Но здешние люди знали Датча и его семью десятилетиями. Пока она была его женой, ей оказывали радушный прием, она считалась «своей». Теперь, когда она с ним развелась, жители города заметно охладели к ней.

А как враждебно повел себя сам Датч перед отъездом из коттеджа? Ей давно пора покинуть его территорию, это ясно.

Лилли заторопилась. Она перенесла чемодан в переднюю комнату и поставила его у двери, а потом в последний раз обошла коттедж, проверяя, все ли выключено и не осталось ли в доме каких-нибудь мелочей ее или Датча.